ВЕЛИКИЙ КОМАНДОР И ЕГО ЖЕРТВЫ


Будущий потрошитель родился крупным мальчуганом, и уже в шесть месяцев весил одиннадцать килограммов. Балашихинский Илья Муромец преуспевал только в физическом развитии — разговаривать начал в три года, рос очень болезненным, часто страдал от простудных заболеваний, воспалений легких, однако был тихим и спокойным и хлопот близким не доставлял.

Исследуя причины жестокости убийц-серийников, нередко объясняют их тяжелым, безрадостным детством, равнодушием и отсутствием ласки со стороны родных. Это, дескать, и формирует характер будущих преступников. К Ряховскому подобное объяснение не подходит. Заботу о нем близкие проявляли постоянно. Он воспитывался дома: матерью, отцом, бабушкой-соседкой, ни в ясли, ни в детский сад Сережу не водили. До пятого класса его провожали к дверям школы, следили за одеждой, боясь простуд и болезней. По свидетельству близких, мальчик редко общался со сверстниками, был замкнутым.

Сережа с детства отличался впечатлительностью и ранимостью. Как-то он принес с улицы котенка, и родители, не желая огорчать сына, позволили оставить его дома. Но вскоре котенок заболел и умер. Сережа не находил себе места, целый месяц не мог забыть об этом и часто плакал.

Трогательная сама по себе история лично у меня вызвала не совсем обычную ассоциацию. В томе N 21 уголовного дела Ряховского изложены обстоятельства убийства тридцатилетнего М. в районе Измайловского парка.

  "Кошачья" тема получила там неожиданное продолжение: "... Ряховский взял потерпевшего за горло руками так, что "он даже не мяукнул" (цитата взята из показаний подследственного — Н.М.). После чего вытащил нож из кармана куртки и нанес жертве удар в левую половину шеи".

Но вернемся к детским годам любителя кошек. Учился Сережа неважно мешали частые пропуски занятий из-за болезней. В четвертом классе у него появилось увлечение. Родители купили аквариум, и он мог часами следить за поведением рыбок, неохотно переключаясь на другие занятия. Позже он всерьез занялся радиоделом, пытался собирать приемники, чинить сломанные. Но в кружки не ходил, предпочитая заниматься любимым делом в одиночестве. После окончания восьми классов Ряховский поступил в балашихинское ПТУ. Получив специальность электромонтера, он устроился работать в  НПО "Криогенмаш". А через год впервые попал в поле зрения правоохранительных органов.

Сам Ряховский в период следствия и обследования в Центре социальной и судебной психиатрии имени Сербского, подробно описывал свои интимные встречи с дамами. Их, по утверждению подследственного, у него хватало.

  Судя по случившемуся в 1982 году, страстью Ряховского были не амурные дела со сверстницами или молодыми женщинами, его тянуло на дам весьма преклонного возраста.

Тогда, после нескольких нападений на пожилых женщин, ему вменили до вольно "легкую" статью — 206 (хулиганство) и осудили на четыре года. Наказание Ряховский отбыл полностью, на свободу вернулся, как говорится, с чистой совестью. Но выводы соответствующие сделал. Теперь он усвоил свидетелей быть не должно, и потому не оставлял своим жертвам никаких шансов выжить. Еще бы — детина двухметрового роста, весом более ста килограммов. Девятнадцать умышленных убийств, большая часть которых совершена с особой жестокостью, и пять чудом уцелевших жертв, получивших увечья, раны и запомнивших до конца дней ужасную встречу. Многие из них пожилые женщины, отдавшие не один десяток лет работе, семье, воспитавшие детей, внуков.

Сидя в Лефортове, Ряховский знакомился со своим делом не торопясь — так читают любимый роман. Смаковал отдельные эпизоды. Глядя на фотографию обнаженного трупа сорокавосьмилетней Н., с почерневшей изуродованной головой, маньяк демонстративно потирал руки: "Красота-то какая". По свидетельству сотрудника следственной бригады Григория Королева, изувер ни сострадания, ни раскаяния не испытывал. Даже свое задержание 13 апреля, несчастливого числа, Ряховский считал досадным невезением. "Если бы не,   "черный вторник", — похвалялся убийца, — никогда бы им меня не пой мать...".

Возможно ли было уберечься, выскользнуть из лап маньяка?

Шестидесятидвухлетняя В. попыталась остановить Ряховского, пустив ему лицо слезоточивый газ из баллончика. Куда там... Его это только больше разъярило, совершенно озверев, он избивал ногами и руками.

Семидесятивосьмилетний О., гулявший на свою беду в лесу в районе Раменского межлесхоза, встретился с убийцей, вышедшим на "охоту". "Ну-ка, попробуй подойди!", — ответил он на угрозы, полагая, что сможет защитить себя топориком. Маньяк легко отнял у старика топорик, пробил ему лоб, а затем и вовсе отрубил голову. Назавтра этого показалось мало – Ряховский вновь отправляется в Раменский район, находит тело жертвы и отпиливает ей ножовкой ногу.

Пятидесятивосьмилетняя Ф. сумела-таки сама отбиться от убийцы. С группой ветеранов московского лыжного клуба она приехала в Одинцовский район. Прошла несколько кругов, затем осталась на лыжне одна. По дороге ей встретился мужчина высокого роста и плотного телосложения. Когда они поравнялись, тот злобно посмотрел в ее сторону, но лыжница не обратила внимания. Проходя последний круг, в зарослях у самой лыжни Ф. вновь увидела того мужчину. "Я почувствовала, что он просто-напросто выследил меня", — вспоминала она позже. Когда Ф. приблизилась, Ряховский выругался и зажал ей рот рукой. Страх и возмущение как будто придали женщине силы.

Она изо всех сил укусила нападавшего за палец и громко закричала. Ряховский, не ожидавший сопротивления со стороны пожилой женщины и испугавшийся шума, побежал в лес. Насмерть перепуганная Ф. бросилась в другую сторону. Кстати, укус оказался весьма ощутимым. Даже полтора года  спустя "на тыльной поверхности ногтевой фаланги третьего пальца правой  кисти Ряховского имеется косо расположенный рубец с закругленными конца ми...". Но, к сожалению, эпизод с Ф. исключение. Остальные четыре женщины,  оставшиеся в живых, спаслись благодаря счастливой случайности — в момент  нападения поблизости проходили люди, которые могли оказаться свидетелями, они-то и спугнули преступника.  Убийство и изнасилование уже после гибели людей, — вот ради чего совершал нападения Ряховский. И, пожалуй, самую точную характеристику ощущений оказавшихся с ним один на один жертв дал заместитель начальника отдела прокуратуры Московской области Михаил Белотуров: "Представьте себе ваш обычный день, вы идете по знакомой улице, вокруг привычный пейзаж и вдруг на вас... падает плита. Вы ничего не успеете сделать, даже подумать не успеете. Все, конец...".

Большинство жертв нашли свою смерть в местах, где они бывали десятки, а может, и сотни раз. Убитая Н. имела дачу в Малаховке, жила там долгие  годы, любила ходить на лыжах... Две женщины, погибшие от рук маньяка,  выросли по соседству. Почти ежедневно ходили той самой, ставшей для них  последней, дорогой. Здесь мы подошли к любопытной детали психологического портрета Ряховского. Как показал анализ дела, да и по сообщениям самого подследственного, у него тоже были свои излюбленные места "охоты"  на людей. Подходя к настенной карте Москвы, он говорил Григорию Королеву: "Вот мои угодья" — Измайлово, Кунцево, Лосиный остров. Жалко, здесь  Одинцово нет и Раменского".  Ряховский часто возвращался на место преступления.

Даже то, что известно, свидетельствует о тяге убийцы к созерцанию своих "подвигов". Так, он сам вывел следственную группу к трупу четырнадцатилетнего X. (преступление, о котором стало известно от Ряховского), долго смотрел на обнаженное и обезглавленное тело подростка, затем привел следователя к кострищу, где нашли обгоревшие останки детского черепа...

Как-то домашние заметили, что Сережа вдруг начал очень много писать. Просмотрев тетради, они поняли, что их сын сочиняет книгу про Командора... Прозаические "шедевры" Ряховского, изъятые при обыске, дали возможность глубже понять личность их создателя. В общих тетрадях содержатся три варианта повести "Старфал", в которых приводится жизнеописание Великого Командора, посвятившего свою жизнь Межпланетной Федерации, на ведению в ней порядка, соблюдению дисциплины и воспитанию нового поколения людей.

Не стоит подробнее вдаваться в изложение сюжета повести, тем более, что и сам создатель, судя по оценке психиатров, не совсем четко представлял, зачем он ее пишет и чем собирается закончить. Однако во время   следствия Ряховский, как бы между прочим, заявил, что придет время и он отнесет повесть в издательство.

Фантастика — любимый литературный жанр маньяка. Он перечитал Азимова, Бредбери, других писателей. Вообще проявил начитанность. Упомянул как-то о романе "Молчание ягнят", где рассказывается о его американском "коллеге" — людоеде докторе Лектере. Ряховский скептически отозвался о фильме, снятым по роману, подчеркнув, что в книге, в отличие от фильма, "есть идея, философия".

Похоже, и он претендовал на философское объяснение своих поступков. Убитых мужчин Ряховский считал гомосексуалистами. Утверждал, что преступления совершал совершенно осознанно: "Пусть они пройдут реинкарнацию, после чего возродятся для следующей жизни нормальными людьми". И по поводу убийства женщин у маньяка было готовое объяснение: он, дескать, очищал от проституток общество...

Что же, в какую бы личину он ни прятался, как бы ни старался симулировать психическую неполноценность, сделать этого не удалось. Комиссия института имени Сербского сделала категорический вывод: "... как сохранившего способность отдавать себе отчет в действиях и руководить ими, в отношении инкриминируемых ему деяний, Ряховского следует считать вменяемым".

Делом Ряховского занимались многие — сотрудники милиции, врачи, эксперты-криминалисты, психиатры, юристы. Каждый из них внес свой вклад в  разоблачение маньяка. Но самая тяжелая задача, несомненно, выпала на долю руководителя следственно-оперативной группы Михаила Белотурова.

Увидеть Ряховского мне удалось во время выезда в Подольский район. Там, на месте убийства семидесятилетней женщины, он давал показания, которые записывались на видеокамеру. Ехали долго, трясясь на стареньком микроавтобусе областной прокуратуры. Ряховский в присущей ему манере, набычившись, мрачно глядел в окно. Наконец добрались до платформы "Силикатная".

— Дальше как, Сергей? — спросил следователь Михаил Белотуров.

Ряховский огляделся, будто проспал всю дорогу, и равнодушно махнул рукой:

— Туда.

— Точно? Сергей, чтобы потом не было... — засомневался Белотуров.

— От станции я добирался на автобусе остановки три, — твердо ответил "поводырь".

Поехали дальше двигаясь по шоссе в сторону от железной дороги. Через минут десять Ряховский встрепенулся:

— Здесь. Дальше — пешком.

Вылезли. Соблюдая все формальности следственного эксперимента, пояснили оператору, что теперь будем идти пешком. Прошли через какой-то поселок. Ряховский останавливался, оглядывался по сторонам, выискивая только ему известные приметы, и вел группу дальше. Миновали поселок, оказались на краю поля, за которым темнел лес. Ряховский вновь уверенно зашагал по тропинке, вытоптанной между огородами.

Здесь требуется небольшой экскурс в историю. После поимки Чикатило и начала следственных действий, группа, обеспечивающая охрану, столкнулась с весьма специфической проблемой. Во время выездов на место преступления, называемых выводками, подследственный одной рукой пристегивается наручниками к конвоиру. Обычно такая "сцепка" не особенно утомляет ни арестованного, ни охранника из конвойного полка. Расстояния, как правило, небольшие, выводку делают один-два раза.

Но в деле Чикатило, как уже известно читателю, подобных прогулок было около сотни. Причем иногда приходилось перемещаться по бездорожью на расстояния до пяти километров. А тут еще жара, нервное напряжение, усталость... Хотя конвоиры и менялись часто, поочередно пристегиваясь к Чикатило, все равно жаловались: руки-то не железные, потом синяки неделю не отходят. В еще худшем положении оказывался подследственный.

  Единственное, что он мог делать, это менять руки. И тогда кто-то придумал оригинальный выход из положения — к стандартным наручникам добавили единственную деталь — длинный стальной тросик, который позволил увеличить расстояние между "связанными одной цепью" и тем самым предоставить большую свободу при движении. Люди перестали постоянно дергать друг друга при ходьбе, особенно длительной, да и руки  стали болеть меньше. Именно в таких наручниках ходил по Ростовской области Чикатило. Эти же, "именные", как прозвал их заместитель начальника МУРа Владимир Цхай, браслеты надевали на Головкина. Для Ряховского "именные" получали в музее МВД, где уникальный экспонат являлся "украшением" экспозиции о ростовском убийце.

Но вернемся в Подольский район. Когда подошли к лесу Ряховский снова подал голос:

— Там небольшая полянка есть. А напротив, через тропинку, поваленные бревна.

Уточню — "там" означает место, где потрошитель напал на старушку, задушив ее руками и для верности ударив в грудь ножом. Его добычей стала хозяйственная сумка и какая-то снедь, купленная бабушкой в сельпо. Изнасиловать в тот раз жертву Ряховский не успел. Как он объяснил следователю, испугался постороннего шума и бросился в лес.

Пошли дальше. Ряховский шагал уверенно, словно "там" должен быть особый указатель или надгробие, проскочить которые невозможно. Время шло, а поляны с поваленными бревнами все не было видно. Остановились. Михаил Белотуров, для которого чистота следственного эксперимента была важнее, чем кому-либо из присутствовавших, Ряховского не торопил. Только осторожно поинтересовался:

— Сергей, мы той дорогой идем? Не ошибаешься?

Мужчины перекурили. Маньяк все так же исподлобья глядел в сторону, не курил. Он вообще не имел вредных привычек.Снова пошли. Наконец тропинка вильнула, и мы оказались на солнечной поляне. По правую руку были навалены стволы спиленных сосен. Остановились, оператор с камерой приблизился к Ряховскому, следователь приготовился задавать вопросы. Но маньяк, невозмутимо оглядевшись, произнес:

— Это не то место. Дальше...

Белотуров немного заволновался:

— Посмотри внимательно. Бревна, поляна, не обознался?

Нет, Ряховский ошибок не допускал. В этом мы убедились через несколько минут, когда, пройдя еще метров четыреста, вышли на следующую полянку. Она точь-в-точь походила на предыдущую. Разница была лишь в одном. Именно здесь Ряховский совершил убийство.

Он обладал феноменальной памятью, знал многие районы Подмосковья. Особенно те, где охотился на людей.

Среди личных вещей Ряховского нашли несколько карт, по которым он намечал предстоящие походы за смертью. Он даже вел своеобразный дневник злодеяний. Сыщики обнаружили у него толстую тетрадь с оригинальным рисунком: на нем изображен человеческий скелет, держащий рукой рыцарский щит, а на нем нарисованы квадратики. Оперативники долго ломали голову, что они означают, и неожиданно догадавшись: каждый квадратик — стилизованное изображение гроба. Так он отмечал гибель очередной жертвы.

Дорисовывать новые квадратики Ряховскому теперь не придется. Суд приговорил его к исключительной мере наказания.

http://www.koshden.chat.ru/01_18.html







--------------------------------------------------------------------------------

РЯХОВСКИЙ: СМЕРТЬ ПРИХОДИТ ИЗ ЛЕСА


В 1988 году в Подмосковье, в лесных массивах Кунцева, Измайлова, Лосиного острова, Раменского стали находить страшно езображенные трупы. Характер ранений не оставлял сомнений: не дикие звери нападали на людей — убивал их человек.

"8 сентября 1988 года возле указателя "58 км" Московской кольцевой автодороги на территории Кунцевского района г. Москвы была убита гражданка Приведенцева. Скончалась от множества колото-резаных ранений в область грудной клетки ".

Страшные, необъяснимые убийства ставили в тупик следователей. И новое преступление, совершенное в парке "Лосиный остров" — на второй день 1989 года был зверски убит мальчик Зайков. Он ушел кататься на лыжах и пропал. Отец нашел его через три дня в лесу, обезображенным. В задний проход заостренным концом была вставлена лыжная палка. Говорят, отец поседел в этот день...

То тут, то там снова появлялись страшные находки.

11 марта 1989 года в Измайловском парке ударом обуха по голове убит гражданин Машкович.

30 мая того же года в лесу возле деревни Ромашково Одинцовского района убита гражданка Богданова...

Сатанинское провидение вело убийцу. Он действовал в разных местах, а следствие, замыкаясь в своих районах, не искало и не видело серийного преступника. А он уже не мог остановиться.

Даже свидетельства немногих уцелевших не направили следствие по стопам убийцы. Они с ужасом вспоминали нападавшего: грузного мужчину почти двухметрового роста с тяжелым злобным взглядом.

На Фурманову маньяк напал, когда она каталась на лыжах — в прошлом была мастером спорта, и как выдавалось время, — шла на лыжню.

— Он как из-под земли вырос, я потом ходила, смотрела по следам. Он стоял за деревом и меня выжидал. Такой высокий, здоровый, и что я запомнила — злые, колючие глаза исподлобья. Такое впечатление, что подойдет и задушит. Я поняла, что это охотник, выслеживал. Хотела отвлечь его, спросила: "Чего вы портите лыжню?" А он обхватил меня, закрыл рукой рот: "Молчи, <ЦензурЭт>!" Женщина что есть силы вцепилась зубами в палец маньяка. Это ее и спасло. Он взвыл, рванул с такой силой, что она отлетела в сторону.

Оперативникам уже был известен примерный портрет лесного монстра. И 13 апреля 1993 года он попал в засаду. Как и других патологических убийц, его потянуло на место преступления, к сараю в километре от Рублевского водозабора, в Одинцовском районе. Именно там была найдена 9 марта изувеченная О. Шарова — негодяй надругался над ней, задушил, изна силовал, потом вставил во влагалище взрывпакет, поджег волосы, запалил фитиль и спокойно ушел.

Это была уже немолодая женщина с тонкой художественной натурой, она плела чудесные макроме, делала картины из соломки, писала стихи. И кто-то пусть ругает межсезонья,

Пусть под ногами талый снег и грязь, но если этот снег возьму в ладонь я,

Он тут же растекается, смеясь.

Апрель, апрель, ты побеждаешь зиму, ты в мир приводишь за руку весну.

Ты для меня, апрель, могучий и красивый,

Как благородный маг, несущий красоту.

Дожить до любимого месяца ей не довелось. Буквально на следующий день после праздника 8 Марта на ее пути повстречался выродок с холодным злобным рассудком, который презирал род человеческий. Но недолго ему осталось бродить лесными тропами, оставляя кровавые следы.

Двое оперативников с трудом совладали с огромным детиной: лишь под угрозой оружия удалось надеть на него наручники. Он был в шоке: у него в голове не укладывалось, что тайной кровавой жизни пришел конец. В биографии Сергея Ряховского уже было четырехлетнее знакомство с исправительно-трудовой системой, проще говоря, зоной. Еще в ноябре 1984 года он был задержан и осужден за нападения на пожилых женщин. Странное, согласитесь, занятие для 20-летнего увальня — покушаться на бабушек.

Возможно, судьи и расценили эту странность не как попытки изнасилования, а как хулиганство, хоть и злостное, как значится в статье. Мол, издержки молодости... И парню не стали ломать жизнь долгим сроком. Хотя в тех же демократических Соединенных Штатах любое ущемление прав личности, и особенно сексуальные домогательства, караются со всей строгостью. А в некоторых штатах законодательством предусмотрена смертная казнь за изнасилование. Так сказать, почувствуйте разницу! Через четыре года он вернулся. Было достаточно времени проанализировать ошибки молодости... И Ряховский сделал для себя однозначные выводы.

Через неделю после ареста он напишет в адрес Генерального прокурора России:

"Я описываю чистосердечно свои преступления. Начались они с 1982 года. У меня появилось неодолимое желание близости с женщиной. Вначале я не придавал этому значения. Я совершил десять или более нападений на женщин в лесном массиве неподалеку от микрорайона Гольяново (Москва). Позднее я понял, что со мной происходит что-то странное, но остановиться уже не мог. 24 ноября 1982 года я был задержан работниками милиции, и в отношении меня было возбуждено уголовное дело по ст. 206 ч. 2 У К РСФСР. Освободился я в ноябре 1986 года, но и после освобождения мне не было покоя..."

В другом письме на имя прокурора он сознается в девятнадцати убийствах и шести нападениях.

Итак, прошло чуть больше года после возвращения из заключения. Участковый вызвал его и, зная "слабость" Ряховского, предупредил: "Где хочешь балуй, только не на моей территории". Сережа пообещал. Он устроился в НПО "Криогенмаш", работал в других местах, ничем себя особо не проявляя и долго не задерживаясь. Но что-то, он сам толком не может дать отчет, толкает его к насилию над людьми.

3 января 1988 года около девяти часов вечера он нападает на Маргариту Георгиевну Т., которая ждала автобус на остановке "11-й км МКАД".

— Вдруг слышу шаги, подходит сзади человек и хватает меня за очки, — давала она показания. — И говорит: бери сумку и иди в лес. Я повернулась, и он в ту же минуту ударил меня ножом в живот. Я закричала, швырнула ему сумку: "Бери!" А он стоит в стороне и смотрит. Тогда я выбежала на проезжую часть дороги, думаю, пусть лучше машина меня собьет, чем он меня замучает!

Спустя год, буквально через две недели после убийства Зайкова, на этом же 11-м километре он наносит очередной жертве страшные удары, но не любимым ножом "белка", а прихваченным топором. Смертельный счет продолжен. Но 20-летняя С. выжила.

Для всех сексуальных маньяков характерна одинаковая градация (или деградация?) преступлений: от подглядывании, приставаний до жестоких истязаний и убийств проходит значительное время. Так же было у Чикатило, Сливко... Сексуального наркотика не хватало, требовалось все больше и больше садистских переживаний.

Он уничтожал людей без разбору, как комбайн. Беспристрастно анализи руя его прогулки" на природе, приходишь к выводу: уж не собирался ли он извести с Земли человеческую породу. Оказывается, начитанный Сережа имел кое-какие мыслишки на этот счет. Они проглядывались в написанной им фантастической повести "Старфал", которую он стыдливо прятал от глаз род ных. Вряд ли она заинтересует стилистов и издателей, но небольшой отрывок приведу.

"Начальник космопорта (теперь уже бывший) не успел даже пикнуть, как на его руках защелкнулись наручники и два киберофицера повели его.

— Пап, за что ты его так? — спросила Света.

— За разгильдяйство.

— Но ведь это жестоко!

— Ну уж нет — он еще дешево отделался! За такое расстреливать надо!

Звездолет на протяжении восемнадцати часов посылает запрос за запросом, а у них, видите ли, смена вахты! Придется навести порядок!

Эрг был явно взбешен произошедшим. Все служащие космодрома попрятались кто куда — лишь бы не попасть на глаза Великому Командору — Верхов-

ному Правителю Колоний.

— Вот, Света, это еще один ответ на твой вопрос, который ты мне когда-то задала: "Почему роботы вместо людей?" Там где робот — всегда порядок".

В сочинении, обильно снабженном рисунками звездолетов и лазерных автоматов, описываются грандиозные деяния Великого Командора по обустройству Межпланетной Федерации, воспитанию нового поколения и созданию общества, где слабые подлежат реинкарнации. Кстати, свои преступления Ряховский ровно и бесстрастно (на видеосъемке это хорошо видн) обосновывает этим же заумным термином:

"Я считаю гомосексуалистов и проституток ненормальными людьми, и исправить их можно методом реинкарнации. И это считаю своей высшей миссией".

Он сказал это, когда спустя пять лет точно привел следственную группу на место совершенного преступления.

Следующим стал скромный почтальон Волков. В тот роковой день у него было счастливое событие: собирался поехать в роддом за новорожденным внуком. Но, познакомившись накануне с Ряховским в Измайловском парке, пришел на встречу. Как указывал Ряховский — с целью вступить в половую связь. Труп обнаружили через два дня. Беспристрастно описать увиденное можно лишь языком судмедэкспертизы. "19 июня 1988 года в лесу неподалеку от указателя "23-й км" шоссе "Москва — Симферополь" на территории Ленинского района Московской области был убит гражданин Волков. С целью лишения жизни ему были причинены отверткой четыре колото-резаные раны на передней и задней поверхности грудной клетки, проникающие в левую плевральную полость с повреждением легкого и сердца; семь колотых ран в области груди; кровоизлияния в правой кивальной мышце, мягких тканях шеи справа, в области языка, в мягких тканях височной области справа, в подключичной области; садины на груди, животе и нижних конечностях.

Смерть Волкова наступила от острой кровопотери, вызванной телесными повреждениями".

Потом "санитар общества" вспоминал:

"Я забрал его "Селгу" и до самого дома слушал.

Была интересная передача". Так он отдыхал душой...

Последние полгода он нигде не работал. Но почти каждое утро уходил из дому. Родителям-пенсионерам говорил, что трудится в фирме. Шел он убивать.

Наверное, есть люди, родившиеся под несчастливой звездой. И жизнь их с первой минуты — на рельсах, которые когда-нибудь могут внезапно оборваться. 29 декабря 1962 года родился на московской земле Хамед М. В этот же день, месяц и год родился в поселке Салтыковка Балашихинского района Сергей Ряховский. В обыкновенной трудовой семье. Оба мальчика день в день поступили, а потом учились в школах. Оба закончили автошколы, работали водителями. И на этом совпадения заканчиваются. Ровно за десять дней до тридцатилетнего рубежа злой рок свел Хамеда со своим убийцей. Последствия этой встречи — в милицейском протоколе: "19 декабря 1992 года около 17 часов в Измайловском парке был умышленно беспричинно лишен жизни гр-н М. Х. путем нанесения ему ударов ножом в область живота и шеи, причинения колото-резаной раны на передней брюшной стенке с повреждением сердечной сумки и сердца, колоторезаного ранения левой боковой поверхности шеи с пересечением левой подчелюстной и левой околопозвоночной артерии, что вызвало шок, кровопотерю и смерть потерпевшего". Мать Хамеда сквозь рыдания рассказывала: "Я перед этим потеряла старшего сына, он попал под поезд. Мне тяжело очень... И вот через два с половиной месяца этот ублюдок отнял у меня последнего сына. Мне жить не хочется..." Но чужое горе для выродка было призрачным, витало далеко, еще дальше, чем его космические эмпиреи.

5 января 1993 года 78-летний Орлов возвращался домой. Откуда знать ему было, что в его районе шатается вурдалак. Он столкнулся с ним на узкой лесной тропинке. Ряховский поправлял стельку в ботинке. Как завязался разговор, установить сейчас трудно. Короче, дело дошло до выяснения политических пристрастий. А старый человек опрометчиво поругал нынешнюю молодежь. Ряховский вырвал у него топор, убил, а потом, оттащив труп в сторону, совершил с ним соитие, затем отрубил голову, руку. На следующую ночь картина убийства приснилась ему, утром он вернулся на место преступления и отпилил ножовкой ногу...

Скажите, в каком кошмарном сне может привидеться подобное?

Сын убитого тогда приехал к отцу на Рождество. Нашел на столе записку: "Скоро буду". Но отец не пришел и через день, и через два. С братом обыскали все окрестности... В Быковском отделении милиции он опознавал отца по фотографии: отрубленная голова со множеством ссадин. "Отец вое вал в пехоте, под Новороссийском, был в окружении, имел ранения... Он так хотел дожить до 50-летия Победы, — рассказывая, сын плакал. — Если бы мне дали возможность привести приговор в отношении Ряховского, расстрелял бы, ни минуты не колеблясь".

8 апреля Ряховский убил и изнасиловал в извращенной форме подростка Рината X. На следующий день покушался на 64-летнюю П. 12 апреля убил и изнасиловал пожилую Н. в тех же Раздорах. Безнаказанность развращала, все больше пьянил вкус крови. За четыре месяца маньяк совершил пять убийств и три покушения на убийство. 13 апреля его наконец схватили. Он стал давать показания. В последний день месяца Ряховский неожиданно сообщил, что может показать место, где почти месяц назад убил подростка. Этот подросток не проходил по делу Ряховского!

Вели его на "поводке", который использовали и на Чикатило: два наручника разъединены длинным, двухметровым тросом, чтобы подследственный без "подталкивания" указывал направление движения. Кстати, позже, на суде, Ряховский яростно станет отказываться от своих показаний, утверждая, что их выбивали, а выход к местам преступления заранее показывали ему на плане.

Но тогда он быстро и добровольно показал памятное место в районе платформы "33-й км" в Раменском районе. Следственные действия проводил в то время старший следователь Московской областной прокуратуры по особо важным делам Михаил Белотуров.

Ряховский сначала привел к куче пепла на просеке.

Михаил Дмитриевич комментировал видеозапись:

— Это учебник по математике, здесь же обрывки тетради...

— Ряховский, это вы сожгли?

— Да.

— Куда нам дальше идти?

— Прямо.

— Ряховский, этот ли труп найден?

— Да!

— Это вами совершено преступление?

— Да.

— В таком положении вы оставили труп?

— Да.

Затем следственная группа вышла к кострищу.

— Ряховский, уточните, для чего вы так поступили: труп оставили на

одном месте в лесном массиве, а голову принесли в другое место?

— Не знаю.

— Вы не знаете это сейчас, или вы в тот момент не знали?

— Сейчас не знаю даже.

В тот день, 5 мая, было непривычно жарко. Яркое солнце, на небе ни облачка. С Ряховского градом течет пот — не от переживаний, на нем зимняя куртка. Белотуров желтый, даже зеленый, почти под цвет свежей майской листвы. Еле сдерживает прорывающиеся эмоции, порывисто вздыхает чувствуется, человеку остро не хватает воздуха.

...В тот последний для Рината X. день он ехал в электричке. Случайно он увидел, как Ряховский уже на выходе обронил кошелек. Мальчик догнал мужчину и вернул: как учили в школе. Потом как-то увязался за ним по дороге. Доброта и врожденная честность стоили подростку жизни. В лесу маньяк набросился на него, задушил и, оттащив в глухое место, изнасиловал. Потом отрезал голову, отнес к куче валежника и там сжег.

Прежде чем познакомиться с Белотуровым, я отсмотрел не одну сотню метров оперативной и служебной видеосъемки по делу Ряховского. Так или иначе я составил видеопортрет следователя — увлеченного своей профессией, эмоционального. Единственное, что оставалось за кадром, что я не мог для себя объяснить — как Белотуров смог "разговорить" Ряховского, заставить его давать показания. На суде маньяк постоянно твердил о силовом методе, как он говорил, сразу же после ареста ему "прописали дубинала".

Пусть так, но никто ведь не мог заставить его взять на себя преступления пятилетней давности, сознаться в убийстве Рината X.

Мы сидим в тесном кабинете, на столе — пухлый том дела Ряховского. А всего таких томов двадцать шесть. Михаил Дмитриевич — уже на новой должности, с повышением. Отдел, который он возглавляет, занимается тяжкими преступлениями против личности. Короче говоря, все убийства по Московской области — на нем и его подчиненных.

— После общения с Ряховским у меня всегда раскалывалась голова, — вспоминает Белотуров. — У него очень сильное отрицательное поле.

Это уж точно. После просмотра кассет я тоже уходил с головной болью.

Возможно, экстрасенсы, психотерапевты и объяснят это явление, но то, что

Ряховский умел подавлять лишь взглядом — это несомненно. Большинство жертв безропотно, не сопротивляясь, шли за ним в дебри леса, сознавая, что оттуда уже не выйдут.

Был ли он нормальным в сексуальном плане? Вопрос риторический.

— Тем не менее у Ряховского была девушка, — замечает Белотуров. — Он встречался с ней, дарил цветы. Ходили в кино. Но она избегала быть с ним в безлюдных местах. Вспоминала, что он был страшно вспыльчив и агрессивен, чуть ли не бросался на людей, провоцируя их в электричке, общественных местах. Недавно она родила ребенка, не от Ряховского. Когда он узнал об этом, даже не поверил... Очень огорчился, когда мать сообщила ему о смерти его любимого попугайчика. Он любил рассказывать анекдоты, и когда ему наскучивало рассказывать о преступлениях, он предлагал, давайте я лучше расскажу анекдот по поводу. Иногда он мог производить впечатление весьма приятного молодого человека. Этим и подкупал будущие жертвы. На встрече с адвокатом в камере он как-то пошутил: "Вот у меня девятнадцать убийств? Надо бы для ровного счета двадцать". И выразительно посмотрел. После этого взгляда адвокат отказался вести его дело. Патологический убийца боялся оружия. И, по его словам, убежал бы, если бы пригрозили пистолетом. Высоко ценил, что Белотуров приходит к нему безоружным.

— Я его никогда не обманывал, — заметил Михаил Дмитриевич. — И если что-то обещал, например встречу с матерью, когда он обследовался в Центре имени Сербского, то выполнял. Поэтому у меня сложились с ним нормальные отношения.

Оказалось, все просто. Предельная честность, порядочность в отношениях даже с отпетыми мерзавцами, выродками рода человеческого. Честность так просто — и очень сложно.

— У него была феноменальная память, — замечает Михаил Дмитриевич. -

Он помнил даже мельчайшие детали одежды убитых. Место убийства мальчика Зайкова в лесу он указал спустя четыре года с расхождением в 5-7 метров... Раскаивался ли он? Конечно, иначе бы не привел к месту убийства Рината. Ребенок податливый был, а он заманил. Обнажил всего, изнасиловал, голову отрезал и нес несколько метров... Страшно! Зайкова убил только за то, что тот случайно задел его лыжной палкой.

В тюрьме аппетит у Ряховского не убавился. Он был чрезвычайно прожор лив, воровал продукты у сокамерников. Кстати, при росте 195 сантиметров он весил 135 килограмм.

Когда расстреливали Белый дом, ждал, что придут и освободят. Уничтожив массу людей, сам боялся смерти, прорабатывал варианты спасения своей жизни. В его камере обнаружили записку, которую он собирался передать Белотурову.

"М. Д., не удивляйтесь, что обращаюсь к вам таким образом. Опасаюсь, что кабинет прослушивается, не хочу неприятностей ни для Вас, ни для себя. Не знаю, какое у вас ко мне отношение, могу только догадываться: чудовище, монстр, вурдалак и т.д. М.Д., я думаю мое дело — удача для вас, не рассказываю сказки, не затрудняю расследование, помогаю в меру возможностей и думаю, что "дело" положительно скажется на Вашей карьере. Можно сказать, что я помогаю Вам больше, чем Вам это кажется, так помогите же и Вы мне. Вы единственный, кто может помочь мне, больше мне надеяться не на кого, от Вас многое зависит в моей судьбе. При Вашей должности и чине у Вас наверняка должны быть достаточные связи. М.Д, пожалуйста, помогите мне попасть в больницу общего типа. Если вы мне поможете, то и я Вам кое в чем помогу. Помните, я спросил, где стоит Ваша машина. Вы сказали, что у вас ее нет. М.Д., если Вы мне поможете, то самое большое через полгода она у вас будет. Неважно, как я это сделаю, но могу Вас заверить, что без какого-либо криминала. М.Д., не сочтите мою просьбу за наглость. Вы понимаете, в каком положении я сейчас нахожусь? Для меня сейчас важно только одно — быть или не быть. Если Вы не хотите помочь в том, что я прошу, сделайте то, что называется "при попытке к бегству". Я не боюсь смерти, я боюсь за тех, кого люблю, кто мне дорог".

Ряховский надеялся, что его признают невменяемым. Два месяца его обследовали в Государственном научном центре социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского. 21 августа 1994 года пришел результат психиатрической, сексологической, психической экспертизы:

"В настоящее время может отдавать отчет в своих действиях. Определено органическое поражение мозга. Склонность к некрофилии, сексуальному влечению к пожилым женщинам. Причины органического поражения мозга могут быть отнесены к следующим факторам: внутриутробная патология рождения с повышенным весом, частые инфекционные заболевания, проходившие с осложнениями, астматоидный компонент с пневмонией, аллергические заболевания на фоне травмы головы, полиартрит, нарушения углеводного и жирового обмена..."

Руководитель лаборатории судебной сексологии центра имени В. П. Сербского доктор медицинских наук Андрей Ткаченко, который делал заключение по Ряховскому, заметил, что уровень современных знаний не может дать ответа на причины некросадистских отклонений. Тем не менее весьма вероятны органические поражения мозга Ряховского, в особенности затрагивающие его гипоталамическую область. Налицо были расстройства в сексуальном лечении. Они усугублялись особенностями характера Ряховского: прямолинейность, упрямство, категоричность, пунктуальность, педантичность, демонстративность, склонность к внешне обвиняющим формам реагирования, эмоциональная незрелость, замкнутость, неспособность к сопереживанию. Ткаченко, отметив, что Ряховский в дополнительной экспертизе не нуждается, подчеркнул, что имеющиеся расстройства не носили патологического характера. Высказывания о реинкарнации гомосексуалистов и проституток являются защитным механизмом. Он пытался осмыслить свои преступления, возвращался к трупам, чтобы осознать, с какой целью совершал убийства, делал надписи губной помадой на теле, типа "Привет из Чечни!"

По рассказам матери, в детстве он был полным, за что его постоянно дразнили мальчишки. Очень вспыльчивый был. Мать долгое время водила его за руку в школу. Он страдал астмой. До четвертого класса нормально учился, потом хуже. После восьмого класса пошел в ПТУ. Работал электриком, контролером.

— Ряховский буквально озверел, когда ему сообщили результаты экспер-

тизы: вменяем, — вспоминал Белотуров. — К нему боялись подходить. Он на-

деялся, что его признают душевнобольным. И, наверное, до последнего дня

с этими мыслями будет жить.

Количество сексуальных извращенцов среди общего числа убийц невелико, около 1%. Но именно они будоражат население, они паталогически влияют на наши нравы, мораль, образ жизни. Страх заползает в наши души, мы боимся отпустить ребенка на улицу, в соседней школе учат детей ни в коем случае не помогать чужим людям, как бы они ни умоляли. Страх рождает ненависть... Всех патологических убийц роднит одно и то же внешне незаметное, глубоко скрытое обстоятельство: и в детстве, и позднее они испытывали огромный дефицит человеческой любви. Более того, над ними издевались сверстники, их жестоко наказывали и били родители, их унижали школьные учителя. Или же вообще они родились в тюрьме, не зная матери, как приговоренный к смерти Борис Голубев.

Ни Сергей Ряховский, ни Чикатило, ни Головкин не родились преступниками. Но окружающая среда достаточно позаботилась, чтобы эти ущемленные, никем не любимые люди получили огромный отрицательный заряд ненависти, зла. Накопив в себе разрушительные силы, они в какой-то момент перестали ощущать чужую боль и объявили войну всему миру...

Но какое нам дело, скажете вы, до биографических, психологических и иных нюансов жизни убийц? Почему невиновные должны расплачиваться за чью-то трансформированную давнюю злобу и дурные поступки?

Судья, перечислив целый список статей уголовного кодекса, будничной скороговоркой произнес: "Приговорить подсудимого Ряховского к исключительной мере наказания".

Ряховский, не дрогнув, выслушал приговор, только обильные капли пота выдавали его состояние.

Суд, ввиду исключительности дела, проходил за закрытыми дверями. Присутствовали лишь потерпевшие и родственники убитых. Когда они последний раз выходили из зала, злодей стоял вполоборота. Мать Хамеда, поравнявшись с клеткой, выкрикнула:

— Будь ты проклят, сволочь такая!

Ряховский бросил испепеляющий взгляд:

— Я еще вернусь, татарская морда!

В тюремных камерах преступники неожиданно становятся набожными. Предчувствуют, что гореть им в аду за свои злодеяния? Головкин до последней минуты записывал откровения о благочестии и христианских ценностях. Ряховский повесил на стены изображения икон и рьяно отбивал поклоны на тюремных богослужениях. Может, надеется в душе на Господнее прощение — ведь перед Богом не утаишь грехи. Или хотя бы на снисхождение?

Кстати, в камере, которую он делит еще с двумя душегубами, под слоем отсыревшей штукатурки обнаружили старинное изображение Божьей Матери. Расценивают ли они это явление как особое благословение или символ, указывающий путь к спасению?

Камера эта в шестом коридоре Бутырки, где во все времена заточали самых страшных преступников, а ныне — приговоренных к смерти и ожидающих или президентского помилования, или...

Там и встретились. Но разговора с Ряховским не получилось. Он с полуоборота завелся, у него затряслись губы, стал обвинять нынешнюю демократию, которая давит людей танками, явно причислив меня к этой лжедемократической когорте, говорил о Совете Европы, который заставит нас уважать и соблюдать права человека. И еще сообщил, что наш бог — в Мавзолее на Красной площади. Уже из-за закрытой двери он пообещал, что доберется до меня.

За оскорбление сотрудника тюрьмы Ряховский уже побывал в штрафном изоляторе. Кстати, на него так и не смогли найти полосатой одежды — не было размера.

Спустя полгода одна высокая комиссия под предводительством Степашина проверяла узников Бутырки. Открыли и Ряховского. Он заметно похудел, отпустил усы, худую бороденку и уже без былого запала говорил о своей невиновности, когда его спросили, не из автомата ли он загубил сразу восемнадцать душ.

Последнее время он, почти не вставая, лежит на своем матрасе на полу, укрывшись с головой. Надеется ли он вернуться. Кажется, перспектива близкой реинкарнации ему явно не по душе.

ИНТЕРВЬЮ ПО ПОВОДУ

с Андреем ТКАЧЕНКО — руководителем лаборатории Центра судебной и психиатрической экспертизы им. Сербского, доктором медицинских наук.

— Андрей Анатольевич, среди ваших пациентов был и Сергей Ряховский — серийный сексуальный убийца. Как он объяснял свои преступления? Он считался нормальным...

— Начнем с того, что хоть Ряховский и был признан вменяемым, это не означает, что у него нет никаких психических расстройств. Диагностика была осуществлена, сейчас можно об этом говорить, прошел суд, наше заключение подверглось публичному обсуждению. На самом деле у него были психические расстройства. Здесь дело в другом: между вменяемостью и диагностикой психического расстройства нет прямо й причинно-следственной связи. Потому что для того, чтобы доказать, что человек был признан невменяемым, надо доказать, что эти расстройства были таковы, что лишали его способности регулировать свое поведение в широком смысле слова.

— Так он все же не пытался объяснить свое поведение?

— Почему? Он рассказывал о тех побуждениях, переживаниях, которые стояли за его поведением. Это привычные побуждения, которые обозначаются в круге садистических переживаний. Поэтому садизм, как один из диагнозов, ему выставлен. У нас с ним был достаточно продуктивный контакт. Его обследовали в течение двух месяцев, он достаточно последовательно рассказывал о себе, о своих действиях.

— Так что — на него какие-то затмения находили или же все было осознанно и спланировано?

— Не всегда. Много было эпизодов. Иногда провоцирующим стимулом могла быть случайная встреча. Но вообще-то большей частью это были реализации садистических устремлений, заранее прогнозируемые и планируемые и достаточно четко представленные в сознании, в фантазиях и тому подобное.

— Имела какое-то влияние семейная, социальная среда, в которой рос Ряховский?

— Не буду утверждать, что именно семья, именно социум какой-то сказался. Там, где речь идет о биологических задатках, которые могли способствовать развитию определенных антисоциальных норм поведения, в этом плане я могу говорить достаточно уверенно. Да, были те особенности, которые предопределяли, возможно, неправильное становление этого человека.

Здесь старая проблема соотношения биологического и социального. Могут десять мальчиков находиться в одинаковых социальных условиях, испытывать одинаковые благоприятные или неблагоприятные воздействия. Но не все эти десять дадут то или иное расстройство, или форму поведения. Поэтому очень сложно дать однозначный ответ. Само восприятие этих социальных условий во многом определяется теми биологическими задатками, предпосылками, которые существуют.